Пасибы и прочие благодарности и восхваления Демону Максвеллу за вдохновление
История моего персонажа в La2Синее-синее небо, усыпанное серебром звезд, насыщеннее тьмы Подземья, отчужденнее и холодней ее. Высокий купол, обрамленный белым золотом восхода. Оседающий косматый туман с расположенного недалеко болота медленно расступается, рассекаемый первыми лучами солнца.
Какое потрясающее великолепие! Какой простор!
Прикрыв рукой глаза, пока еще непривычные к свету, беглый ученик темноэльфийских магов осматривал простирающийся вокруг густой лес. Пение птиц, тоскливое тяфканье каких-то незнакомых зверьков с пушистыми хвостами, призывная песня ветра и игривая дорога, уводящая взор вдаль, за темные стволы деревьев. Жизнь и свобода.
Девьен усмехнулся, вспомнив, как все то, что он видел сейчас воочию, ему представляли в детстве. Замораживающий кровь холод ночи, сменяющийся удушливым днем, который венчает выжигающее глаза солнце. Впрочем, тем, кто считал, будто он станет великим Заклинателем Смерти и Ветра и будет беспощадно выжигать жизнь из тех, кого он ею не наделял, подобная ложь была простительна. Они могли верить в эту чушь, или, по крайней мере, страстно желать, чтобы она оказалась правдой. Увы. Надземный мир в его глазах выглядел лучше Подземья, а от алчной до власти семьи и учителей он сбежал.
Как огорчилась, наверное, матушка. Интересно, на сколько наемных убийц хватит ее искренней скорби? Лжецы и лицемеры, еретики, исказившие суть учения Шилиен. Они не найдут его до тех пор, пока он не захочет сам встретиться с ними и обрушить на них истинную силу его Богини. Как Ее медиум в этом мире, как тот, кого в Подземье именуют Старейшиной Шилиен.
Прокравшись во тьме ночи мимо крупного лагеря орков, он сверился с картой. Странно, в свете луны там, где, как он предполагал, должно было находиться здание, ничего не было видно. Решив, что виной всему – извечный туман с переполненных нежитью болот, темный мистик решительно заткнул свернутую в трубочку карту за пояс и направился дальше. Но, сделав пару шагов, чуть не свалился в зияющий темный провал. Ему и в голову не пришло, что Школу строили его сородичи. Похоже, они намного ближе общались со внешним миром, чем хотели показать молодому поколению.
Он попытался, пригнувшись, услышать или разглядеть хотя бы намек на то, что ждало его там внизу. Но только зловещая песня ветра была ему ответом.
Пригнувшись, чтобы не потерять из виду в мутном молоке тумана опасный обрыв, он побежал на юг, надеясь, что спуск находится именно там. На его беду так оно и оказалось.
Едва он собрался с духом и ступил на старые, покрытые черным крошащимся мрамором ступени, как чья-то рука схватила его за запястье.
- Подожди, юнец, - нежная темная кожа остановившей его девушки, казалось, светилась изнутри.
- Кто ты?
- Я Анника, ученица темных чародеев, как и ты. Я нахожусь здесь, для того чтобы предупреждать молодых и горячих об опасностях старой школы.
- Благодарю за совет, но о них я уже наслушался в деревенской таверне.
Ее глаза погрустнели.
- Там много быстрых и ловких тварей. Нежить, демоны и прочая нечисть здесь не такие, как на болотах. Ты не справишься с ними один.
- Не стоит меня отговаривать, если бы меня пугала опасность, я бы не пришел сюда.
- Тогда делай, как знаешь, - казалось, его ответ ее обидел. Отпустив его, Анника исчезла в сумерках. Не в обычаях темных эльфов не позволять ребенку обжигаться.
Усмехнувшись, он побежал вниз, навстречу тьме, ветру и странным шорохам. Он успел спуститься лишь на пару лестничных проемов, как услышал странный скрежет и на всякий случай набросил на себя недавно выученное защитное заклинание. Конечно, он был одет лучше всех магов поверхности и в руках у него был посох невиданной силы, но мало ли что. После жизни в опасном Подземье перестаешь доверять даже собственной тени. А чем эти заброшенные руины отличались от родного города, предстояло только узнать.
Еще один спуск Девьен прошел так тихо как мог с посохом наизготовку. В лицо ему дунул ветер, известив, что он оказался в просторном, но продуваемом зале. Тумана здесь не было, поэтому глаза темного эльфа выхватили из темноты несколько подозрительных тощих фигур, в руках у которых были мечи. Скрежет повторился, когда одна из этих фигур отделилась от группы и сделала несколько шагов в ту сторону, где стоял мистик.
«Всего лишь скелет. Похоже, тут не так опасно, как ты сказала, Анника»,- мысленно облегченно вздохнув, он нараспев прочитал заклинание. Сгустившись у его пальцев, воздух плотным потоком рванулся на встречу костям павшего здесь когда-то солдата и лишь оторвал скелету правую руку. Меч звякнул об пол, но мертвец продолжил свое движение к цели. Пустые глазницы загорелись внутренним магическим огнем.
Пробормотав проклятие, ученик темных магов начал раскручивать заклинание во второй раз, но вонзившаяся в руку стрела прервала это занятие. Еще одна через мгновение чиркнула по стене над его ухом, и лишь реакция спасла Девьена от бессмысленной смерти от третьей стрелы, летевшей ему в горло. Отскочив в сторону, он услышал, как два меча высекли искры там, где он только что стоял. Шарахнувшись назад, он споткнулся о ступеньку, больно ударился локтем, но, увидев уставившиеся на него шесть пар зеленых огней, отметив нарастающий скрежет приближающихся неживых стрелков, забыл про боль и помчался вверх по лестнице. Отчего-то очень захотелось жить.
Выскочив на поверхность из последних сил он рванул в кусты куда-то направо, и несколько минут бежал без разбору, пока не добрался до густых зарослей, окружавших плотной стеной огромный каменный валун. Спрятавшись за ним, эльф попытался прислушаться. Сбившееся дыхание и гулкий стук сердца мешали, но несмотря на них он слышал все же шорох листьев, а не жуткий скрежет костей. Сковывавший душу страх немного отпустил. Никогда раньше Девьен не видел, чтобы нежить действовала сообща.
- Благодарю тебя, о Шилиен, - дрожащим голосом прошептал он, глядя в небо. – Надеюсь, судьба никогда не заведет меня снова в это проклятое место.
Тупая боль в руке напомнила о себе. Стиснув зубы, эльф сломал стрелу и вытащил обломки. Благо она не задела кость. Молитва, и рана затянулась.
Почему-то в голову ему пришли слова старого человеческого пророка, шедшего через деревушку в караваном всего неделю назад. Мистик возвращался с охоты с охапкой пушистых шкурок в руке и просто шел мимо, предпочитая не сталкиваться с теми, кто был виноват как в силе темных эльфов так и в том, что теперь они жили в изгнании под землей. Но фраза, произнесенная стариком в никуда, привлекла его внимание.
- Там, где магу или воину изменяет его сила, ее может подарить ему лишь священник волею своего Бога. Не верь тем, кто говорит иначе, - ясные глаза цвета осенних туч смотрели на Девьена и сквозь него. – Мы можем спасти жизнь и даже вернуть ее. И ни одно смертельное заклинание не заменит этого дара, не так ли, Бегущий от Собственной Семьи?
Темный эльф в изумлении уставился на дряхлого человека.
- У тебя ничего не выйдет, если ты не забудешь про кровь и месть, - сухим, обтянутым, словно желтым пергаментом, шелушащейся кожей пальцем пророк ткнул в грудь охотнику. – Нельзя отбирать жизнь и дарить ее.
- Но как же тогда учиться целебной магии? - удивился мистик.
- Когда ты поймешь одно, придет и другое, - ответил старик и, замолчав, закрыл глаза. Через пару мгновений посвистывающий звук известил Девьена о том, что священник заснул.
Позже вечером темный эльф искал старика, чтобы задать тому несколько вопросов. Но никого не нашел. Неделя охоты в лесах стерла из памяти ненужные сведения о караване, в спешке купленные им тогда у местного вора. Но остались ясные серые глаза и эти слова. И вспомнились вновь, когда магия подвела его.
Глухой звук перекатывающихся камней отвлек мистика от его мыслей. В лунном свете среди деревьев вырисовалась гигантская фигура каменного стража. Кроме того, данные создания, как помнил эльф, были отлично защищены от магии, они ею еще и владели. Однако двигался страж очень медленно, и колдовал, скорее всего, так же. В памяти мистика всплыл долгий и нудный путь сюда. Возвращаться с позором назад? Или дать магии еще один шанс?
Слушая, как протяжно воет ветер под его гибкими пальцами, Девьен решил, что его время понимания еще не пришло.